06 апреля 2020

Форс-мажор по французскому праву в связи с пандемией Covid-19

Статья Юрий Брисова — преподавателя Moscow Digital School, автора программы мастер-класса International Lawyers «Международные бизнес транзакции: инкорпорация, торговля, интеллектуальная собственность и налоги. Базовый курс»: https://mosdigitals.ru/programs/international-lawyers/

Форс-мажор в дословном переводе обозначает высшая сила. В международное торговое право этот термин попал из кодекса Наполеона force majeure (на французском), поэтому прижился именно французский вариант названия, произошедший от римской доктрины vis major. Причем интересно этимологическое различие английского варианта: «Деяния бога» (Acts of God), и французского «Высшая сила» (force majeure). В принципе, мы понимаем в обоих случаях, это что-то за пределами человеческих сил. Однако при указании на бога, мы точно понимаем, каких именно сил, в то время как «высшими» могут быть силы и менее сакральные. Отсюда в континентальной традиции все-таки требуется решение правительства, верховной власти, для установления факта форс-мажора, а в общем праве это явление воспринимается как более объективное, так как контакт человека с богом осуществляется без необходимого участия посредников. Мы видим, что, например, в США некоторые предприятия и отдельные штаты начали предпринимать действия, связанные с наступлением неотвратимых обстоятельств, вызванных вирусом, еще в то время, когда президент Трамп считал, что это fake news, заговор китайцев и бредни ученых.

Во Франции государство признало коронавирус «форс-мажорным обстоятельством» (cas de force majeure) Соответственно, по контрактам, обеспечивающим исполнение госзакупок штрафы за просрочку, установленные в законе и договоре, не будут применяться. Однако для частных договоров ситуация далеко не так очевидна.

Форс-мажор определяется в Гражданском кодексе Франции в ст. 1218:

«форс-мажор – это договорное обстоятельство, проявляющееся в наступлении неконтролируемого должником события, которое не могло быть разумно предвидено при заключении договора и последствия которого не могут быть предотвращены разумными мерами, препятствует исполнению должником своего обязательства.

Если препятствие носит временный характер, то исполнение обязательства приостанавливается. Если возникшая задержка оправдает расторжение договора, расторжение допускается. Если препятствие является непреодолимым и постоянным, договор расторгается и стороны освобождаются от своих обязательств на условиях, предусмотренных статьями 1351 и 1351-1».

Иными словами,
если событие не могло быть запланировано сторонами на день заключения договора, т.е. имеет очевидно непредсказуемый характер;
последствия наступления этого события неотвратимы для должника.
Эти обстоятельства обычно исследует суд в каждой конкретной ситуации и определяет действительно ли событие, которое привело одну из сторон к уклонению от выполнения своих договорных обязательств, имеет характер форс-мажора.

Практика французских судов в отношении к эпидемиям как обстоятельства:
Французские суды, похоже, довольно остро хотят квалифицировать эпидемии, такие как грипп H1N1, лихорадка денге (dengue) или chikungunya, форс-мажор. Два примера, в частности, в юриспруденции:

Вот, например, что говорит Cour d’appel de Basse-Terre, 1re ch. civile, 17 déc. 2018, по делу №17/00739 : «что касается вируса chikungunya, несмотря на ее особенности (боль в суставах, лихорадка, головная боль, усталость…) и его распространенность в Вест-Индии и особенно на острове Святого Варфоломея (l’île de Saint Barthélémy) в 2013-2014 годах, это событие не имеет признаков форс-мажора по смыслу положений статьи 1148 Гражданского кодекса. Эпидемия не может считаться непредсказуемой и, прежде всего, непреодолимой, поскольку во всех случаях эта болезнь, как правило, преодолевается и отель мог оказывать услуги в течение этого периода».

Другой суд, Cour d’appel de Nancy, 1re ch. civile, 22 nov. 2010, в деле № 09/00003 о лихорадке денге: «форс-мажорным может быть только событие непредсказуемого и непреодолимого характера (…). Таким образом, появление в августе 2007 года и в последующие месяцы многих случаев лихорадки Денге, вплоть до превышения эпидемического порога, не является [непредсказуемым] явлением (…). Кроме того, в материалах, подготовленных сторонами, указывается, что в период эпидемии 2007 года этим заболеванием было охвачено около 5% населения. Обеспечение постоянной коллективной защиту от укусов комаров затруднительно, однако (…) [защита вполне реализуема на уровне] индивидуальных мер защиты, использования противомоскитных сеток и репеллентов, а также ношения длинной одежды (…). Поэтому непреодолимый характер этой эпидемии лихорадки Денге не был установлен».

Нам не удалось найти практику рассмотрения дел в отношении вируса H1N1, проявившегося в 2009 году, в форме эпидемии «свиного гриппа» или его трагического предшественника столетней давности – «испанки», однако исходя из рассмотренных примеров, вероятность того, что французский суд признает эпидемию коронавируса как случай общей форс-мажорной ситуации — маловероятна.

Очевидно, следует дать общенаучное определение пандемии, определить критерии, отличающие пандемию от эпидемии, если это вообще возможно. Однако это лишь смелые рассуждения юриста на тему медицины, которые, возможно, покажутся наивными и нелепыми врачам и ученым. Суды же не смогут эффективно действовать без наличия такой демаркации.

Что нам остается? Вписывать эпидемию в договор!
Договоры могут определять форс-мажор по соглашению сторон. В этих разделах нет смысла прописывать очевидные вещи, которые все там обычно пишут, условно, acts of god, которые, итак, очевидны, или «высшие силы», которые вообще неочевидны. А определение, например, эпидемических случаев, так и сроков, по истечении которых каждая сторона может свободно расторгнуть договор, изменить договор или даже прописать более детально поведение сторон, если они, например, вполне предсказуемо могут быть рассчитаны, исходя из обычаев деловой практики – вот это следует прописывать.

Например, лекторы или артисты, которые не могут выполнять выступления в университетах, театрах, потому что эти залы закрыты для публики, могут включать в раздел «форс-мажор» исполнение онлайн, что вполне возможно сегодня, либо имеет смысл прописывать альтернативные способы: перенос, возврат билетов итд.

Есть и еще один подвох с форс-мажором. Этому разделу, как правило, свойственна известная неточность, противоречивость. А это условие всегда позволяет не исполнять условие или использовать его против предложившей стороны. В ГК Франции такое положение содержится в ст. 1195, со ссылкой на которую можно в судебном порядке изменить или расторгнуть договор, в случае возникновения обстоятельства, которое не было объективно предвидимо сторонами в момент заключения договора. Следует заметить, что принцип свободы договора во Франции позволяет сторонам исключить применение этой статьи к договору. Как и в случае форс-мажорных обстоятельств, не эпидемия как таковая оправдает применение неточности, а наступившие последствия (сдерживание, запреты, закрытие границ).

Источник: https://zakon.ru/blog/2020/03/28/fors-mazhor_po_francuzskomu_pravu_v_svyazi_s_epidemiej_covid-19

Пройти обучение в Moscow Digital School

Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь c политикой конфиденциальности